Александо Галиев, часть 2

Разговор с Александром Галиевым продолжается. Читаем о флейте, вспоминаем Достоевского и находим правду.

- Как вообще попал в актерскую среду?

- Вот это, мне кажется, уже было дуновение судьбы. Я музыкальное училище заканчивал по классу флейты. Но в какой-то момент понял, что не хочу играть дальше. Хотя меня уже протежировали в Казанскую консерваторию. Ещё занимался академическим вокалом, чисто для себя. И подумал, что дальше хочу идти на вокальное отделение. (Звонит дверной звонок). У вокалистов есть такой предмет, как "актёрское мастерство". А так как на вокальном отделении одни девчонки, мужики были позарез нужны. Меня позвали и педагог по актерскому мастерству, то ли, чтобы я просто не ушел никуда, то ли действительно ей нравился - она меня всё время хвалила.

Потом поехал в консерваторию на прослушивание именно по вокалу и приехал сюда, в Петрозаводск. В общаге обитал денек или два, и там были ребята-актеры, все такие вдохновенные. Они меня заинтересовали. Я до этого таких людей не встречал. Казалось, что они живые, наполненные чем-то мощным. Буквально в последний месяц перед госэкзаменом я подумал, что хочу поступать на актерское. И как раз здесь набирался курс. Я никому не говори о решении, зрел, и я поступил на актерское. Потом уже позвонил домой и сказал.

- А как отреагировали близкие?

- Нормально. Мама у меня такая, она вообще за любое высшее образование. Для неё, какое бы оно не было - самое важное в жизни. Вообще на мои внутренние желания и желания сестер как реагировали: если ты считаешь, что это необходимо тебе в жизни, значит занимайся этим. Главное, чтобы не пил и не курил.

- Каким ты был в дестве?

- Я стремился к независимости в подростковом возрасте, но вообще был скромным ребенком. Скромным и очень правильным. Сестра моя, она старше меня годика на полтора наверное, она в детстве кричала много, если ей что-то не нравилось. Возможно, в противовес этому я все время молчал. Мама меня ставила в пример (просто, спокойно говорит об этом, без чувства превосходства). Я такой правильный, ничего плохого никогда не делал. Это было так давно...

- Эта черта не мешала твоей профессии?

- Сначала я не стремился открываться, а потом понял такую фишку: есть персонаж, раз - за него спрятался и я уже не я. Вот тогда у меня все начало получаться. Я вижу героя, главное, чтобы он подальше от меня был. (Чуть смеётся). Потом это ощущение начало ломаться.

Несмотря на внешнюю правильность и добрый вид, Александра привлекают роли "отрицательных героев".  - У них обычно есть внутренняя загвоздка, почему они такие, есть мощный идейный мотив. А положительные персонажи  - они такие все прям...у меня было такое, что я не могу сыграть его, почувствовать, потому что он какой-то идеальный. И я не представляю, как это играть, он какой-то правильный-правильный. Наверное, у него тоже есть какая-то своя правда, почему он такой, может быть, до неё просто сложнее добраться. Но это интересно. Надо добраться как-нибудь.

И при этом правильность бывает обманчивой. "В спектакле "Чисто российское убийство" меня ввели на роль Алексея Карамазова. И мне очень нравилась эта история, она меня очень цепляла как-то эмоционально и интеллектуально. Казалось бы, очень набожный, добросердечный, верящий в людей и любовь как таковую, как он приходит к тому, что можно и нужно убить такого человека, как своего отца. Да, это странно, но в этом спектакле такое было и с каждым персонажем это происходило. И видно это соединение, эта карамазовская кровь - меня эта тема зацепила. Тема крови, то что все равно есть какая-то генетика".

- Испытывал когда-то ощущение, что не выходишь из роли какое-то время?

- Бывало, что остается шлейф. Ненадолго, но.. Недавно мы играли спектакль "Раз, два, три" - социальная история, где я очень мрачного типа играю и что-то прямо я так к нему подключился, так это было мощно, он таким мерзким-мерзким получился. И я понимаю, что после спектакля у меня что-то не до конца сходится. Настроение было такое, что "давайте я сейчас ещё кого-нибудь убью" (без смеха, с полуулыбкой в голосе и без всякой злобы).

Помню, был случай тоже с Алексеем Карамазовым: там актер, Владимир Мойковский, один из основателей театра по ходу игры одной из сцен Забыл текст. Его спрашивают, в чем дело, а он говорит: я засмотрелся, как Галиев играет. Он смотрел на меня не как персонаж на персонажа, а на то, как я работаю. Не все артисты, которые с тобой работают, но некоторые наблюдают и потом тебе что-то советуют. У нас в театре все друг друга поддерживают, нет такого, чтобы были склоки. Хотя может быть, я наивный и не вижу этого, но у меня ощущение, что этого очень мало.

- Ситуация: тебе дают роль, а ты понимаешь, что ты не хочешь с ней работать. Как с этим справиться?

- Идеалистически если говорить, то нужно искать, за что зацепляться в персонаже, чтобы тебе стало интересно.  У меня сейчас такое дело, что попался персонаж, я вроде бы все понимаю, но не могу это прочувствовать, подключиться к нему. В итоге я не чувствую, что мне играть, жанра, в котором ставится вся постановка. Это несовпадение какое-то. Я пытаюсь зацепиться разными способами, но не выходит. Не знаю пока, что и делать. (Виновато чуточку улыбается).

Я вообще люблю, когда в персонажах есть какая-то загадка, скрытый мотив для их существования. И это интересно вскрыть, понять, что он не просто так поступает. Одно время в неслучившемся спектакле работал над ролью Иудушкухи Головлева. Он был такой мрачный персонаж, но мне было интересно понять, что его толкает на такие страшные вещи. И когда нашёл это, я понял, что через персонажа доказываю абсурдность этих мотивов. То есть они есть, но вы посмотрите, к чему они приводят.

Недавно на съемках (мы снимаем короткометражку с одним петрозаводчанином) делали сцену, где мой персонаж убивает своих друзей. Он принёс пистолет и говорит, там пули ненастоящие, резиновые, вообще не парься, пару метров - и они падают. А я на расстоянии метров двадцати от товарищей. Спокойно целюсь в них... И одного подстрелил (смеётся). Попал в ребро он там подскочил, кричал: "Ты говорил, что она не долетит!"

- Ты вроде бы такой хороший парень, но тебя привлекают такие темные персонажи?

- Знаешь, да. (доверительно улыбается). Привлекают тем, что у них обычно есть внутренняя загвоздка, почему они такие. У них обычно есть мощный мотив идейный. А положительные персонажи  - они такие все прям...у меня было такое, что я не могу сыграть его, почувствовать, потому что он какой-то идеальный. И я не представляю, как это играть, он какой-то правильный-правильный. Наверное, у него тоже есть какая-то своя правда, почему он такой, может быть, до неё просто сложнее добраться. Но это интересно. Надо добраться как-нибудь.

ЮЛИЯ ТАПИО

ХЕНДМЕЙД-ЯРМАРКА КАК ФИЛЬМ

Совсем скоро новогодние праздники! Пока домохозяйки бегают по магазинам, стремясь поймать последние скидки, их домочадцы мечутся в поисках подарка для ублажения домашнего тирана. Одним из мест, где можно найти подарок для домохозяйки (да и не только для неё) станет «Hobby Маркет», который пройдет 24 декабря. Мы поговорили с Борисом Ломовским, организатором ярмарки, о хенд-мейде, «Винтажном цехе» и многом другом.

О фильме-ярмарке

- Расскажи, что вдохновило тебя на создание хенд-мейд ярмарки?

- У меня мама этим занимается: валяет из шерсти игрушки и человечков всяких… и уже много лет увлекается керамикой, сама рисует картины. Папа вырезает различные изделия из дерева. Я с детства видел, как это всё происходит, поэтому мне сама тема близка, я её понимаю… да и организовывать мероприятия  умею, так что всё сложилось, как 2+2. Я и сам ведь хенд-мейдер, я своими руками леплю мероприятия (Смеётся). Просто мне летом захотелось сделать хендмейд-ярмарку, мысль стала зреть, и вот, примерно к Новому Году и созрела. Больше всего мне хочется передать атмосферу и хендмейда, и наступающего праздника: творческая, легкая, свободная, с лампами, гирляндами, приятной музыкой, запахами… Мне вообще кажется, что большинство людей на хендмейд-ярмарку идут именно за атмосферой. И её очень хочется передать.

- Приятную музыку? На ярмарке будет играть твоя музыкальная подборка?

- Нет, не совсем так. У нас будет ди-джей, я строго слежу за ним, музыку ведь нужно подбирать именно новогоднюю и не особо ритмичную, чтобы люди не отвлекались и не убегали по-быстрому. Возможно, возьмем песни из прошлого – люди ведь любят ностальгировать и вспоминать что-нибудь приятное. Скажем, Гурченко – «Пять минут». (Смеётся) А вообще, пока что конкретно ничего не могу сказать. Для меня это загадка, но да, за ди-джеем я пристально наблюдаю.

- Чем Hobby Маркет отличается от других хендмейд-ярмарок?

- Ну, вообще, все ярмарки дружат. И «Hobby Маркет», и «Винтажный Цех», и «Салат-маркет», который пройдет на следующий день после меня. Я там, кстати, лекцию читаю даже… Разница лишь в атмосфере. Организаторы вкладывают своё настроение в свою ярмарку. Это всё равно, если бы ты был режиссёром фильма: актёры-то одни и те же, но, благодаря режиссёру, всё по-разному. Это ощущается на духовном уровне. Мы делаем упор именно на хенд-мейд, на мастер-классы.

- О каких еще приятных мелочах нам нужно знать?

- Мастер-классы, мастера, продающие свои изделия… и фото-зона. Там будет украшенная по-новогоднему арка, рядом с которой стоят подарки. Там даже баннера не будет. Люди смогут фотографироваться сами или попросят фотографа, смогут сделать для себя фото-открытки. Стоит 100 рублей – за материал. При этом фотографы у нас работают только на партнерской основе. Людям ведь приятно после мероприятия смотреть на себя, притом на качественном снимке… О, а еще у нас будёт глёг. Карелия близка к Скандинавии, поэтому и напиток этот здесь известен. Через эти ключевые моменты можно прочувствовать всю атмосферу и даже концепцию ярмарки. Именно так люди понимают, приходить им или нет.

О мастерах и хенд-мейде

- Расскажи, каких мастеров мы увидим на ярмарке.

- Самых разных. У нас будет продаваться авторская и винтажная одежда, керамика, украшения, вязаные изделия, игрушки, чайные домики и прикольные совы. Каждый, кто придёт, сможет найти для себя что-то интересное. Керамике и одежде я особенно рад, эти две заявки я очень ждал. Они разбавляют список изделий: украшения, например, будут разные, но их очень много. Люди всё-таки хотят видеть разнообразный товар. Мы, кстати, уже проводили организационное собрание, обсуждали, кто где будет сидеть, придумали оригинальные бейджики и решили, что на каждом столе будет информация о мастере. Всё продумано до мелочи, и в каждой мелочи есть нечто оригинальное, мероприятие-то творческое. Интерес среди мастеров был огромный, что меня удивило и обрадовало: я такого даже не ожидал. Набрали очень быстро, за две недели до истечения срока. Заявок было гораздо больше, но мы, увы, ограничены в месте. В следующий раз попытаемся расшириться. В целом, я смотрю на то, что мы будем продавать, и восхищаюсь. Жду-не дождусь ярмарки, чтобы увидеть мастеров и их изделия.

- Мастеру хенд-мейд грустно расставаться со своим товаром?

- Нет, не очень. Он же изначально понимает, что делает этот товар для кого-то, вкладывает свою любовь, труд, время, деньги даже. Он продаст свою вещь, и другой человек будет радоваться. Тот, кто купил, эту вещь будет ценить, ему будет приятно ей обладать, и она будет просто греть душу. Хендмейдер это знает, а поэтому и изделие отдает со спокойной душой. Так он исполняет определенную миссию и делает другого человека счастливым, а потому вовсе не расстраивается.

- Ты сам набирал авторов мастер-классов, или это их инициатива?

- Когда мастера присылали свои заявки, там был такой пункт. Желающих было много, пришлось отобрать шесть самых ярких мастер-классов. Есть платные, есть два бесплатных, но плату мы берем только за материалы. 50-60 рублей, хотя за мастер-класс «Новогодняя картина на холсте» придется заплатить 400, как раз из-за холста. Мне самому больше всего интересно увидеть роспись имбирных пряников. Места уже забиты, людей отозвалось в два раза больше, чем мы можем себе позволить. Мест всего 8.. Еще будет мастер-класс «10 оригинальных способов упаковки подарка», чему я тоже очень рад. Это самый нужный, даже актуальный мастер-класс.

- А еще всё, что мы купим, будет запаковано в крафт-бумагу.

- Точно. Мне просто подумалось, что для людей это будет прикольной фишкой, тем более, если бесплатно. То есть, человек покупает что-то на ярмарке, и мы можем этот подарок запаковать. Заниматься этим будет профессионал, человек с большим опытом, так что… подарок будет запакован красиво, со шпагатом, и в эко-стиле. Крафт делается из переработанной бумаги, а потому сейчас пользуется популярностью. Как по старинке.

«На Hobby Маркете ждут всех!»

- Как думаешь, в Петрозаводске люди позитивно относятся к таким встречам?

- Всё зависит от посыла и внутреннего настроя организатора. Если думать, что все люди здесь «замороженные», то ничего не получится. Если думать, что люди отзывчивые, активные, что они придут… тогда так и будет! Они через невербальную энергетику почувствуют, что их здесь ждут, что им тут рады. Они придут, и на них не будут пялиться в духе «Ну когда же ты уже купишь вещь поскорее?». Люди, особенно живущие в Карелии, всё чувствуют на духовном уровне: в том числе и то, как другие люди к ним относятся, ждут ли. На Hobby Маркете ждут всех! Семьи с детьми, так как у нас будут мастер-классы для всех возрастов… да и вообще, всех, кто хочет купить подарки и научиться чему-то новому. Я и сам жду ярмарку с предвкушением. Очень интересно, как всё пройдет, хочется увидеть придуманные фишки… ну и счастливых людей, покупателей и мастеров.

- А если бы ты не был организатором, то что заставило бы тебя пойти на ярмарку?

- По афише. Мне нравится наша афиша, тёмная, с белым текстом… на фоне других она выделяется. По ней я бы и понял, что это прикольное, атмосферное мероприятие, и что там много всяких фишек. Это последняя суббота перед Новым Годом, а мы ведь привыкли покупать подарки в последний момент… и туда бы я пошел за оригинальным подарком, посмотрел, какие будут мастера. Купил бы чашечку или тарелочку, запаковал в крафт-бумагу и отправил своим родителям по почте.

- Последний вопрос: что бы ты попросил у Деда Мороза в этом году?

- Хм… Дедушка Мороз, я бы хотел провести Hobby Маркет в ста городах! Ну, а если серьезно… даже не знаю! Пусть будет банально: BMW седьмой серии. Правдиво и понятно!

Достанется ли Борису BMW, или Дедушка Мороз пошлёт ему веселых рождественских эльфов на ярмарку в качестве подарка – мы пока не знаем. Приходите и вы! Не каждый день можно увидеть главных помощников волшебного дедушки… и прикупить что-нибудь на Новый Год!

Больше информации: в группе ярмарки ВК: vk.com/kareliahobbymarket

НАСТЯ ГАСТИН

Etretat зимой

15 декабря в клубе-ресторане Бегемот открылась выставка живописи молодой художницы Екатерины Вилаевой "Etretat зимой".

Окунуться снежным вечером в атмосферу маленькой деревушки на берегу океана могли все гости, которых, к слову, собрался полный зал.

 

Видеопроекции побережья с удивительными скалами и океаном под чарующую музыку дуэта The Рriests Оf Нiroshima (скрипка/электрогитара) точно передали атмосферу и эмоции этого места. 

Музыканты Никита Четвериков и Василий Савин подарили залу чётко сложенные и продуманные композиции, которые сложились в единый чувственный рассказ. Всё исполнение пропитано грустной задумчивостью и тяжелой печалью. 

Глядя на волны, невольно думается о чем-то потерянном безвозвратно, как в глубине океана. Но что может быть прекраснее, чем холодной тёмной зимой услышать шум волн, крик чаек, задержать свой взгляд на картинах и мысленно перенести себя в Этрета.

 

Картины Екатерины хочется видеть на маленьких почтовых открытках, чтобы забрать кусочек красоты себе в дом и отправить кому-то по почте.



ТЕКСТ И ФОТО: ВИКА КАНИВЧЕНКО 

Книжная жажда, кофе и немного улыбок

Передо мной сидит человек удивительной судьбы и с пронзительными карими глазами. "Можно чашечку капучино?" Последняя гласная выделяется бархатистым голосом, сладким, как сам кофе.

-Так-так...

- Приступим?

- Давай. (В его голосе звучит улыбка).

Александр Галиев актёр "Творческой мастерской" делится воспоминаниями о поездке на конкурс "Открой рот" и следит за жизнью Ван Гога.

- Ты рассказал, что накануне у тебя была бессонница и, блуждая по интернету, случайно наткнулся на конкурс. Как думаешь, случайностью ли это все было?

- Кажется, да. (Саша смотрит куда-то вдаль по лицу пробегает волна задумчивости). В жизни, мне кажется, случаются такие вещи, когда...Когда что-то само такое складывается... что нужно. (Задумчивая улыбка и добрая, с хитринкой, усмешка).

- То есть думаешь, что так и должно было случиться: ты примешь участие и…-

- Конечно, не думал, что должно было вот так случится, но что-то есть такое...судьбоносное (чуть улыбается, слушает звук кофемашины и музыки, почти заглушаемой автоматом)

- Ты знал, на что шёл, или только догадывался? (Внезапно звук кофемашины обрывается).

- Вообще не очень представлял, честно говоря. Поэтому наугад.

- Во время этапов в Москве и Архангельске смотрел на других участников?

- Уже во время самого конкурса не сказать, чтобы прям...Во время наших читок, где меня тренировали, там же проще подготовка, и я там действительно отслеживал, что да как, что выгодно, что не выгодно, что мешает людям, что помогает. И за собой отслеживал, что лучше.

- Вообще большая разница между двумя площадками?

- Да, разница была конечно. Во-первых, в Архангельске у меня было ощущение, что был более сильный состав участников. Я подумал о том, что может быть, северные люди больше читают (улыбка чуть трогает его лицо), такие они замкнутые, меньше солнца и может, дома сидят, читают. Ну да, на самом деле в Архангельске был такой мощный состав участников, там действительно все читали прям... (Делает паузу, все лицо выражает, какой сильный был состав). Хотя были два человека, которые изредка позволяли себе ошибочки (из его уст это слово звучит мягко как-то, кругло).

- Когда читал, вдумывался в текст?

- На самом деле...не сказать, что успеваешь вдумываться...

 Кофе-брейк с черепом

Приносят капучино: большая круглая тарелка с кружевной салфеткой, а на ней расписная чашечка. Я ловлю момент, даю Саше книгу в руки и прошу попозировать немного.

Он вчитывается в текст Пантелеева. Судя по слабым отблескам эмоций, "Республика Шкид" его устраивает. Читает сосредоточенно, словно полностью поглощен романом. Или это хорошая игра, или правда книга понравилась. Вдруг он поднимает на меня взгляд и продолжает.

- Вдумываться все равно надо, чтобы успеть поймать какую-то мысль, чтобы её передать, мгновенно попытаться понять, что там происходит. Но не всегда это получается, иногда вроде начнёшь читать и вроде бы понятно, что там происходит, а потом дальше раэ - какой-нибудь поворот и ты такой: ооо, боже мой, уже не понимаешь, что читаешь.

- А что тебе попалось?

- В Москве мне попался Конан Дойль, что-то из Шерлока Холмса, потом из поэзии мне попался Байрон... Стихотворение от лица черепа, по-моему. Из него сделали бокал и пьют вино. Он рассуждает, что, может, лучше быть черепом, из которого сделали бокал, чем черепом, который пуст.

У меня в мыслях всё больше вырисовывается картина из несгоревшей рукописи Булгакова.

- Это же отсылки к "Мастеру и Маргарите" - в голосе смешался вопрос и утверждение.

- Ну да, очень прикольное стихотворение, (чуть смеётся). А вот ещё в одном туре, я даже не помню, что мне попалось (тут же хмурится). Помню, что что-то провальное и я ни черта не понял.

- А имеет значение артистизм, телодвижения, или нужно обыгрывать всё голосом?

- Наверное для всех по-разному. Кто-то действительно помогал себе руками, а я, если начинал отвлекаться от книги, терял нить. Сосредоточение было максимальное: не потерять мысль, не потерять строчку, а то внимание отвлечется, а там уже следующее слово, и из-за того, то не был сконцентрирован, его так "зверобоем" (отчетливо слышно р и б), не до конца прочитаешь.

- Как думаешь, такие проекты способны привить любовь к чтению?

- Да, мне кажется... все, что связано с книгам, оно концентрирует внимание на чтении. Во-первых, там были участники, которые всё-таки в большей степени читающий народ. А во-вторых, сидишь там, слушаешь, и тут: ой, интересное что-то, ой, а это из какой книги, так, себе записал интересный какой-то отрывок. Есть некий центризм.

От критики до Марсианских хроник

- А ты сам вообще любишь читать?

- Да, люблю. Всякое разное, не сказать прям, что я много читаю, было бы времени побольше. А так, я люблю конечно театральную литературу. Одно время любил мемуары, мне казалось, какая-то суть творчества там немножко отражается. А так, люблю и театральные исследования, критику театра прошлого, сегодняшнего. В прошлом были какие-то мощные витки театральные, люди собирались и создавался очень мощный театр. Интересно понять, в чём его сила. Я от этого как-то заряжаюсь, вдохновляюсь.

 Недавно Циолковского читал, очень было интересно. Стругацкие, Бредбери... В этих книгах бывают, мне кажется, мощные философские мысли, которые, грубо говоря, меня тоже куда-то толкают и мой мозг тоже заставляют двигаться. И это помогает быть живее немножко, что ли. Бежишь, бежишь, что-то делаешь, и нет времени задуматься.

- А бывало ли, что, прочитав книгу, начинал перенимать от её персонажей какие-то линии поведения, жесты, детали?

- По-разному, мне кажется, только у меня ощущение, то это действует на бессознательном уровне. Помню, читал "Жажду жизни" про Ван Гога. Жесткая книга... автор Ирэн Стоун, по-моему. Там рассказывается про сумасшествие Ван Гога. Был такой период, когда мне казалось, что у меня вообще крыша съезжает, я поворачиваюсь просто на профессии. Думаю, отчасти это было связано с книгой. Я читаю про гениального человека, там описывается, как он тотально сосредоточен на своей живописи, своём творчестве. А так как это художественная литература, это интересно подано. Ты сразу вдохновляешься этим человеком, но если вдуматься, то он реально там болен. Я же не вдумываюсь, когда читаю, он мне нравится и это бессознательно на меня воздействует. А потом уже происходит фильтрация, что это что-то не то.

Иногда живёшь, живёшь и находишь в себе какую-то черту. Понимаешь, она может быть не очень хорошая и неудобная для жизни, драматичная какая-то. И потом понимаешь, что эта черта взята от какого-то персонажа. Мне кажется, даже с фильмами такое бывает - посмотришь, и начинаешь действовать как он.

- Возникало желание поставить спектакль по прочитанному произведению?

- У меня так было со Стругацкими. Я читал роман "Град обреченный" и он меня восхитил. Мне кажется, там концентрированно и мощно описывается духовная жизнь мужчины. А ещё у Бредбери "Марсианские хроники". Там не сказат, что у меня была концентрация на какой-то роли, меня захватило внутреннее состояние этого рассказа. Я думал, как было бы это интересно поставить на сцене, но совершенно не представлял, как.

Юлия ТАПИО 

О литературе, творчестве и не только

Первое, что бросается в глаза, - полки? заставленные кассетами исполнителей самых разных направлений. Рок, попса, нечто более приближенное к классике, сборники выступлений с фестиваля «Нашествие», а рядом примостились композиции музыкантов, о которых мне никогда прежде не приходилось слышать. Прямо между стеллажей с музыкой удобно вписался рабочий стол с компьютером, на котором фоном в беззвучном режиме идет документальный фильм, посвященный одной из музыкальных групп прошлого столетия. Возле окна небольшое, но мягкое кресло. По правую сторону от него устроились книжные шкафы. 

Кажется, каждая мелочь в этой комнате создает уют и вместе с тем служит подтверждением тому, насколько Олег Станиславович Гальченко многогранная  натура, способная поддержать разговор на любую тему. Но я здесь сегодня для того, чтобы поговорить о литературе, творчестве и о новом объединении пишущих людей, сформировавшимся на базе Карельской республиканской библиотеки для слепых, но стремительно вышедшим на городской уровень.

-Почему Вы решили создать литературное объединение?

-У абсолютно каждого поступка, особенно серьезного, может быть несколько первопричин. Как писал замечательный поэт-«шестидесятник» Борис Чичибабин, «давайте что-то делать, чтоб не сойти с ума». В период с зимы по весну этого года мне пришлось начинать с чистого листа очень многое, включая свою жизнь. Четверть века я отдал работе в газете «Петрозаводский университет», но осенью прошлого года пришлось покинуть это издание и искать новую работу, другие сферы вложения сил. И вот как-то получилось, что мне пришла идея создания литературного объединения. Причем предчувствие того, что я сделаю что-то в стенах нашей Карельской Республиканской библиотеки для слепых, сопровождало меня на протяжении долгих лет, пока я являлся читателем библиотеки. Я участвовал в культурной жизни, что разворачивалась в стенах КРБС, причем не просто посещал литературные вечера, которые проходили очень часто, но и сам выступал со своими стихами как в сборных мероприятиях вместе с другими поэтами, так и проводил свои собственные. И в ходе этого обратил внимание, что на вечерах постоянно собираются практически одни и те же люди, занимающиеся творчеством, знающие и любящие настоящую поэзию. И они как-то стихийно между собой общаются, перезваниваются, обмениваются новостями, знают творчество друг друга, пусть не наизусть, но очень хорошо. И это уже сформировавшаяся среда, в которой и мне самому было комфортно находиться.

Если собрать всех этих людей вместе и зарядить их какой-то позитивной идеей, сделать что-то полезное как для себя, так и для читателей, то у них обязательно все получится. Сначала я поделился идеей создания литобъединения с Валентиной Александровной Медведевой, сотрудницей библиотеки для слепых. Она восприняла это с восторгом и большим интересом, потому что она вообще очень доброжелательно относится к творческим людям, и обещала помочь. Также стал делиться этими замыслами с другими потенциальными участниками. И вот все складывалось, складывалось, и, наконец, состоялось первое пробное собрание. Люди не знали, чего ожидать, у нас еще не было названия и конкретных планов на будущее. Поскольку первое собрание было в конце весны, собраться во второй раз получилось только осенью, когда все вернулись из отпусков с новыми идеями. И вот у нас появилось название, звучащее как «СоНеТ», то есть союз независимых творцов.

-А как люди отреагировали на идею создания такого союза?

-С интересом, с любопытством, может быть, не все до конца верили, что их личное участие здесь сыграет важную роль. К сожалению, люди более старшего возраста думают, что раз не состоялись в молодости как поэты и чтецы, то не получится и сейчас, а молодым это куда интереснее, нужнее. Хотя в литературе есть случаи, когда поэтами становятся люди, ничего не писавшие до 50 лет, как например, наш петрозаводский поэт Александр Валентик, который в студенческие годы пописывал стихи, а потом забросил. Пятьдесят лет исполнилось, и написал один сборник, другой, а затем и третий. Всякий раз, когда рассказываю про него другим людям, те сразу начинают верить в себя. А так многие сомневались, но в итоге все же удалось собраться.

-Какого возраста собирается аудитория на встречах литературного объединения?

-Большая часть – это люди за 50, за 60 лет. Я сначала думал, что это очень осложнит мою работу, ведь куда проще делать что-то, когда руководитель – авторитет, состоявшийся автор с определенным опытом, а у него под началом находятся более молодые и неопытные люди, например, школьники и студенты. Так было в литературном объединении при университете, которым руководил замечательный поэт Александр Веденеев и в которое я входил с 1989 по 1997 год. Все мы были молодые. Среди нас, правда, был один поэт Валерий Березовский, которому было уже за 50, но в душе он оставался таким же подростком, как и мы. Он с таким же, как и мы сами, жаром обсуждал авангардное искусство, слушал русский рок и прочие новшества, что безоговорочно делало его одним из нас. А здесь люди старше, и я думал, что могу не справиться. Ибо как мне давать им указания? Но, как оказалось, в подобной ситуации есть даже определенные преимущества. У людей более старшего возраста есть обширный читательский и писательский опыт, поэтому им не надо объяснять простейшие вещи. Им просто нужно дать условия, в которых они раскроются, проявят себя с лучшей стороны, и они смогут превзойти все ожидания.

-Если призадуматься, то с момента создания «СоНеТа» до проведения презентации прошло не так уж и много времени. Сложно ли было решиться на организацию столь важного мероприятия?

-Лично мне всегда тяжело решаться на организацию публичных мероприятий, связанных с выступлением перед людьми. Ведь по характеру я, прямо скажем, человек нерешительный, немного застенчивый и иногда теряюсь даже там, где человек, у которого недостаточно опыта, но присутствует навык коммуникабельности, держался бы куда более уверенно, поэтому мне было страшно… Откровенно говоря, мне было страшно решиться не только на презентацию, но и на первые два собрания, и накануне их я даже не мог заснуть. Но пришлось себя перебороть, затем убеждать некоторых людей, которые сначала примкнули к нашему объединению, а потом стали сомневаться в том, что они нам нужны. Все-таки презентация состоялась, несмотря на все трудности, с которыми нам пришлось столкнуться, на все недоработки, допущенные из-за неопытности, мы смогли о себе заявить, так что теперь, надеюсь, о нас знает кто-то, кроме нас.


-Ждете ли Вы перемен после презентации?

-Я надеюсь, что в наши ряды потянутся новые участники. Мы готовы принимать абсолютно всех людей, заинтересованных в литературе и творчестве, независимо от их возраста или каких-то иных факторов. Один из наших участников, чтец Юрий Тихомиров, постоянно напоминает мне о том, что нужно привлекать как можно больше молодых творцов, чаще бывать в университете на мероприятиях, чтобы агитировать поэтов за вступление в «СоНеТ». Далеко не все участники презентации имели опыт публичных выступлений, и им было проще  рассказывать о себе тем, кто хорошо знаком и правильно на все отреагирует. Я лично доволен тем, как всё прошло.

-В каких направлениях в дальнейшем планируете развивать деятельность «СоНеТа»?

-Мы планируем развиваться в нескольких направлениях, чтобы то, что мы делаем, было интересно не только участникам объединения, но и людям со стороны. Первое направление нашей деятельности – это литературная учеба. Все-таки авторы в большинстве своем непрофессиональны, и их произведения нуждаются в доработке. Это необязательно какие-то техническое моменты, это могут быть, например, трудности с донесением смысла или раскрытием темы. Кто-то, например, может мастерски владеть рифмой и размером, но не обладать своим собственным авторским почерком. А кто-то испытывает трудности с построением композиции и сюжета. И этому всему нужно научить. Конечно, у меня нет педагогической квалификации, и я навряд ли смогу обучить кого-то самым азам литературы, которые проходят еще в рамках школьной программы. Но я всегда готов поддерживать таланты, неизвестные или непризнанные. К этому я всегда стремился, и из этого вытекает второе направление деятельности «СоНеТа» - продвижение творчества. Понятно, что каждый автор ищет своего читателя. Многие начинают с того, что читают стихи у себя дома на кухне, но только тогда, когда автор вписывается в контекст городской литературной жизни, он становится частью большой истории. Литературная учеба очень поможет нам в этом, так как будет происходить в тесном общении с поэтами, уже добившимися успеха. Третье направление - это создание дискуссионной площадки, на которой бы происходил серьезный разговор о современной литературе в целом. Ведь просто написать книгу мало. Сразу вспоминаются строчки поэта тоже из 60-х годов, друга Высоцкого, Игоря Кохановского: «Помимо права говорить, еще есть право быть услышанным».

-Как Вы считаете, чего на данный момент не хватает «СоНеТу», чтобы реализовать все задуманное?

-Для начала неплохо было бы обзавестись постоянным местом для собраний. Мы пробовали проводить встречи в Библиотеке для слепых, ставшей ныне Пунктом выдачи книг НБ РК, там очень тепло и уютно. Но все-таки это больше подходит для собраний, что называется, для своих, для узкого круга, что мешает развивать деятельность именно на городском уровне. Наше первое выступление проходило в самой Национальной Библиотеки, но для проведения собраний она также не подходит из-за различных организационных проблем, с которыми раньше не ожидал столкнуться. Конечно, мы будем рады, если в дальнейшем нам предоставят возможность собираться там, но нам все же нужно нечто иное. Что касается площадок для выступления, мне бы хотелось, чтобы они были самыми разнообразными, начиная от библиотек и заканчивая школами. Очень надеюсь, что интерес к нам проявит Выставочный зал на проспекте Ленина, где в прошлое десятилетие чуть ли не каждую неделю проводились литературно-музыкальные вечера. Сейчас, увы, эта традиция заглохла, но очень хотелось бы ее возродить.



- Тяжело ли начинающему поэту найти возможность выйти к аудитории?

-К сожалению, в нашем городе тяжело не только начинающим, но и уже признанным поэтам. Например, когда писатель выпускает свою книгу, продать ее выходит только через киоск Национальной Библиотеки. А в магазинах, вроде Буквоеда, литературу местных авторов всегда отправляют на самые дальние полки, так как она не пользуется спросом. Я лично сталкивался с этим, когда выпускал свои сборники что в 1995 году, что в 2006, что в 2012. Конечно, сейчас у молодых авторов больше возможностей заявить о себе, воспользовавшись, например, Интернетом, но в результате выходит так, что делается все только для себя и друг для друга, и это, скорее, субкультура, чем часть большой культуры. Как сказал незадолго до своей смерти филолог Виктор Топоров, сейчас стихи читают только те, кто их пишет. И я вынужден с этим согласиться. Ну, вот кто за последние два десятка лет смог заявить о себе на всю страну? Разве что Дмитрий Быков, но он, скорее, исключение из правил. Да и до момента становления известным был пройден очень длинный путь. А вот чтобы молодые…

-А как же Вера Полозкова, например? Или Ирина Астахова и Стефания Данилова?

-Мне кажется, что они все-таки еще недостаточно сильно прогремели по сравнению с поколением предшественников. К слову, еще один недостаток Интернета – это отсутствие редактора. На том же портале Стихи.ру свои произведения может выложить любой желающий, из-за чего под тоннами не самых хороших стихов теряются настоящие гении, что у нас и происходит. В результате хорошую литературу нужно искать, на это надо тратить силы, время, а вот какого-то естественного отбора в лучших традициях Дарвина нет.

-Возвращаясь к ситуации с развитием творчества в нашем городе. Как Вы считаете, чего не хватает Петрозаводску для того, чтобы молодые поэты могли заявить о себе?

-Хотя бы хорошего издания, которое могло бы их печатать. Неоднократно мы пытались что-то создать. Например, в конце девяностых я входил в поэтическую группировку «Глагол», в составе которой были такие ныне известные авторы, как Олег Мошников и Дмитрий Горох, например. И мы некоторое время делали литературное приложение к газете «Петрозаводский университет», которое называлось «Беспредел». Конечно, там были очень провокационные публикации, в которых авторы выступали против местных авторитетов. Закончилось все это плохо. Когда мы в 2001 году раскритиковали еще живого на тот момент Дмитрия Балашова, администрация университета возмутилась, и нас тихо прикрыли. Но и другие попытки были. Светлана Захарченко пыталась издавать приложение к газете «Северный Курьер». Вышло один или два выпуска, причем достаточно неплохих, но проект отнимал слишком много сил, и в итоге его пришлось закрыть. Тем не менее, именно такого издания нам не хватает. И я надеюсь, что оно когда-нибудь появится.

-А что необходимо для того, чтобы такое издательство появилось?

-В первую очередь нужна команда молодых людей, способных, во-первых, договариваться друг с другом о совместных действиях, чтобы это был дружный коллектив, во-вторых, разбирающийся в современных технологиях и имеющий предпринимательскую жилку. К сожалению, многие поэты моего поколения даже Интернет не до конца освоили, и хорошо, если электронную почту иногда проверяют. А здесь нужен коллектив, идущий в ногу со временем, способный отстаивать свою продукцию, когда конкуренты давят. К сожалению, я не думаю, что нечто подобное смогло бы появиться на базе «СоНеТа», учитывая то, насколько мы все разные и в большинстве своем не слишком-то хорошо знакомые с современными технологиями.
Но я очень надеюсь, что найдутся те, кто сможет взяться за это дело, и сотворить что-то действительно стоящее!

 Дарья СТАРОВЕРОВА

Сильная Карелия IV

В минувшее воскресенье в Доме Бокса среди любителей прошел турнир по смешанным единоборствам «Сильная Карелия IV".

Если вы смотрели фильмы о древнем Риме, наверняка, видели сцены гладиаторских боев – такое впечатление первым приходит в голову. Тут всё также: гладиаторы, шум толпы, «судьи». Сквозь века песчаную арену заменил ринг, судьбу спортсменов больше не решал большой палец. Теперь ей распоряжались квалифицированные рефери, которые не пренебрегали безопасностью спортсменов. Хотя, порой, бойцы были не согласны с их решением останавливать бой – настолько каждый был готов биться до конца. 

Официальным открытием турнира можно считать «Парад участников», который бойцы закончили на ринге. Ещё раз все вместе они собрались только в финале. Спортсменов рознили рост, вес, деятельность: тут был и ученик 9 класса, и боец ОМОНа, но их всех единило увлечение. Соревнования выдались зрелищными, динамика боёв поражала, бойцы не тратили время на «знакомство» с соперником, а сразу стремились в атаку. 

В большинстве бои не доходили до удара гонга, они раньше оканчивались нокаутом. Горячие головы ждала награда за решительность, или сожаление за поспешность. Досады за выступление хватало, кто-то сетовал на судий, иной на себя. Эффектные удары и приёмы поощрялись аплодисментами, гулом и свистом зрителей. Постепенно весовые категории обретали своих победителей. 

Стоит отметить победителя низшей весовой категории до 61кг – им стал выше упомянутый ученик 9-ого класса, сверх чемпионского звания, его отметили как бойца с лучшей техникой на турнире. 

Мне же выпала возможность пообщаться с финалистом в весовой категории до 77,1кг Дмитрием Пшеничниковым.

Подготовка к соревнованиям

Мы усердно работали на тренировках, оттачивали многие аспекты, как в борьбе, так и в ударной технике. Не забывали про функциональные тренировки. 

Первый бой

Он проходил против опытного самбиста. Мы с тренером сразу разработали стратегию на бой, следуя которой я не в коем случае не должен был оказаться на настиле, также было запрещено ввязываться в борьбу. Как ожидалось, соперник пытался перевести бой в партер, попытка успехом не увенчалась, во второй его попытке, мне удалось перекинуть его и провести удушающий прием.

Второй бой

Биться предстояло против борца вольного стиля. План на бой остался без особых изменений. В начале раунда я пропускал много ударов, на которые пытался отвечать. Потом ушёл от его серии атак и уже сам начал работать первым номером. Я заметно перебивал его в стойке, и после хорошего попадания в печень, соперник рухнул на настил, оставалось только добить его.

Третий бой 

Соперником был боец с сильной ударной техникой. Я пропускал очень много ударов, мало двигался, как итог – проиграл техническим нокаутом. После серии сильных ударов коленом в голову, кровь из носа потекла ручьем, и судья остановил схватку. 

После боев

В будущем планирую тренироваться ещё усерднее и, конечно, стремиться к новым победам. Также хочу сказать большое спасибо моим тренерам: Павлу Егорову и Дмитрию Шляпкину. И поблагодарить всех тех, кто за меня болел и переживал. 

Мы поздравляем Дмитрия с достигнутыми результатами и желаем успехов в будущем!

ТЕКСТ И ФОТО: ЕГОР МАЛЕВИЧ 

The end is near

Убежище. 3 декабря. В залах полумрак, гул десятков голосов, музыка фоном и много пива. В убежище постигают конец света на концерте DOOMSDAY PARADE. 

"Этот концерт приглашает вас подумать и, в результате погружения внутрь самих себя, понять больше о мире, который так легко потерять," - заманчивое приглашение, не правда ли? Атмосферу глубокого погружения в темноту творили музыкальные коллективы из Санкт-Петербурга: 

Ypres (post metal / sludge),

Sequoian Aequison (post rock / doom),

Шишкин Лес (doom / drone), а также местные ребята из группы

Senstao (noise rock / punk), которые не так давно дали своё первое интервью специально для Новой Страницы.

Отличная подборка музыкальных групп создала звуковой баланс на концерте. Не было перегруженности, каждый коллектив принимался с интересом и удовольствием-гармония.

Включайте аудио и мысленно переноситесь в убежище.

Чтобы рухнул мир вокруг себя, зачастую не нужны катастрофы и конец света, бывает достаточно просто потерять человека. Музыка в этот вечер лучше любых слов передала самые сильные эмоции и переживания, связанные с болью, страхом и утратами.  Все группы из Петербурга порадовали мощным звучанием, пронизывающим до костей. Думаю, большинству присутствующих захочется услышать и прочувствовать это снова. А Senstao в который раз доказали, что они самые энергичные и дерзкие.

С такими музыкантами, как на DOOMSDAY PARADE, можно пережить конец света! Или даже что-то похуже.

ТЕКСТ И ФОТО ВИКИ КАНИВЧЕНКО